Помните историю про семидесятилетнего старика, который никакими видами спорта в жизни не занимался и в семьдесят лет пришел в зал к Морихею Уэсибе проситься в ученики? Уэсиба, которому в то время было уже за восемьдесят, охотно взял его, а через два года… присвоил черный пояс.

Что это? Прекрасная сказка? История про чрезвычайно одаренного ученика? Или про безмерно одаренного учителя?

А может быть, тонкий PR-ход, рассчитанный на ленивых и великовозрастных новичков, у которых мало времени, но достаточно денег, чтобы платить за надежду?

В далеком детстве родители учили нас: без труда не вытащишь и рыбку из пруда. Современная жизнь показывает: оказывается, очень даже вытащишь. Если есть знакомства, можно выбиться в начальство, минуя все скучные ступени роста в компании. Если есть средства, можно купить права и не сдавать идиотских экзаменов на вождение. Только беда вся в том, что в таком случае весьма велика вероятность того, что рано или поздно твоя компания, не обремененная специалистами, обанкротится. А машина в простейшей ситуации окажется куском железа в эпицентре аварии. Остается вопрос: стоило ли торопить события и срезать углы на пути к цели? Ответ я нахожу в словах основателя школы Сасори-кан, когда он отвечал, сколько дней в неделю нужно заниматься айкибудзюцу: «Важно не как часто, а как долго вы занимаетесь. Время – единственная материя, которая все расставляет по своим местам».

Вернемся в пору, когда жил и созидал вышеупомянутый Уэсиба. Читая историю становления айкидо и его развития во всемирное «искусство гармонии», мы вольно или невольно проводим параллели с другими видами японских единоборств, получивших известность в те же годы. Речь, разумеется, идет о дзюдо, основанное Дзигоро Кано в 1882 году, и каратэ-до, придуманное Гитином Фунакоси в 1929 году. Можно также вспомнить фехтование на бамбуковых мечах, в 1895 году названное Обществом боевых добродетелей Большой Японии «кэндо».

Кэндо, каратэ-до, дзюдо, айкидо. Новые боевые искусства? Нет, конечно. Просто иероглиф «путь», заменил бытовавшее ранее название «дзюцу», что означало «техника, прием». Согласитесь, философское звучание «путь меча» или «путь мягкости» гораздо загадочнее и привлекательнее приземленных «техники меча» или «мягких приемов». Не уверен, но предполагаю, что даже воспринимающееся сегодня традиционным искусство стрельбы из лука – кюдо – стало писаться в таком виде не раньше начала прошлого теперь уже века. Дух времени, знаете ли…

Конечно, это не совпадения. Не будем умалять достоинства основателей вышеперечисленных направлений, однако, если внимательно вчитаться в их биографии и проследить этапы развития (что вы можете сделать при желании сами), становится очевидным, что главным талантом этих людей был один – организационный. Разумеется, были в каждом из видов единоборств люди-самородки, которые, оставаясь на вторых ролях, за спиной отцов-основателей, несли в массы тонкости искусства. Вспомнить хотя бы Кюдзо Мифунэ, широко известного, правда, в узких кругах, который в весьма пожилом возрасте показывал в буквальном смысле чудеса техники дзюдо, о чем свидетельствуют черно-белые кадры замечательного фильма «Сущность дзюдо» (The Essence of Judo). То немногое, что осталось в кадрах хроники от искусства самого Кано, не идет с техникой Мифунэ ни в какое сравнение. Если внимательно вчитаться в воспоминания учеников Морихея Уэсибы, тоже оказывается, что свое мастерство основатель айкидо предпочитал демонстрировать не на «всяком желающем» (как то делал его учитель Сокаку Такэда), а на «избранных». Не потому ли Уэсиба так «скромничал», когда его хотели запечатлеть на пленку многочисленные журналисты?

В маркетинге существует понятие «толкать или тянуть» продажи (push or pull). В первом случае фирма предпринимает усилия, чтобы «протолкнуть» товар к потребителю. Достигается это за счет стимулирования системы дистрибьюции. Во втором случае, напротив, потребителя «притягивают» к товару. В ход идут проверенные средства – реклама, скидки и т.п. Покупатель рождает спрос, спрос на рынке заставляет дистрибьютора идти за товаром к производителю, товар продается.

При чем здесь боевые искусства? Так ведь они тоже являются товаром. У них есть рынок, на них есть спрос, у них есть производители и покупатели. И даже дистрибьюторы.

А еще в маркетинге есть немаловажное понятие – позиционирование. На ум приходит современная линейка зеркальных цифровых фотоаппаратов от Sony. Чем они завоевывают рынок, где раньше царствовал, скажем, Canon? Своим новаторским позиционированием: профессиональная техника по цене любительской. Сильно и действенно.

Примерно та же идея, насколько мы теперь можем судить, «двигала в массы» искусства с иероглифом «до». За что, кстати, старые мастера «дзюцу», если помните, ругали и Кано, и Фунакоси, и Уэсибу. Элитарность, клановость стилей их усилиями делалась доступной многим. Если быть совсем уж точным, то успех или неуспех всех «до»-начинаний в Японии сводился к тому, будут это искусство преподавать в школах и институтах, или нет. Напоминает забавный критерий успеха западной книготорговли: если книжка продается в аэропорту – значит, автор успешный. Но это так, к слову.

Но ведь главной целью отцов-основателей как раз и было стремление сделать «изобретенное» ими искусство общедоступным, общепризнанным, популярным. Только сегодня, сдается мне, мы видим процесс как в грустном анекдоте: популярность растет, а известность падает. Множатся критики превращения боевых искусств в спортивные стили. То здесь, то там вспыхивают оживленные дискуссии о выхолащивании изначального духа каратэ. Считанные японцы, приверженцы традиций во всем, выигрывают турниры, где бои проводятся с минимумом правил. Участники споров о том, можно ли применить айкидо на улице, все чаще сходятся во мнении, что любимое айкидо – это для себя, для самосовершенствования, а если хочешь заняться самообороной, то лучше посвятить время боксу и самбо (сам я нашел это органическое сочетание в выросшей именно на русской почве школе айкибудзюцу Сасори-кан). Однако на фоне понимания ситуации немногими, львиная доля новичков валом валит в растущие как на дрожжах секции всевозможных «дистрибьютеров» боевых (боевых ли?) знаний. Для учителей преподавание превращается в основное средство к существованию. Растут цены. И падают требования. Это и понятно: какой учитель захочет учить детей, девушек и пенсионеров всему тому, чему стоило бы, и так жестко, как оно того заслуживает? Тем более если он сам прошел подобную «школу»…

В заключении расскажу еще одну поучительную историю, не называя по понятным соображениям имен. В школу айкидо, где я занимался до Сасори-кан, повадился захаживать грузный, медленный и не слишком уклюжий товарищ лет сорока. Несколько месяцев он сидел в зале и просто наблюдал за тренировками. Потом поговорил с учителем. Потом еще посидел. Наконец, однажды явился на тренировку, переоделся в кимоно и стал с трудом повторять то, что делали остальные. Меньше чем через месяц он заявился в белой хакаме. Учитель ничего ему не сказал. Когда он проходил так называемые «тесты начального уровня», т.е. еще даже не на «кю», все мы с изумлением заметили, что у него на куртке красуется эмблема школы, которую ученики получают… после прохождения тестов. Дальнейшее уже не вызывало ни у кого удивления. Через полгода наш герой отправился вместе с учителем на семинар в Японию. То есть, это учитель отправился с ним, поскольку поездка в страну Восходящего Солнца – недешевое удовольствие, так что счастливый учитель получил в лице нового ученика хорошего спонсора. Через год была еще одна поездка в Японию, из которой наш герой вернулся… с черным поясом. По рассказам очевидцев, учитель упросил японское руководство аттестовать «спонсора», который к тому времени начал бурную деятельность по созданию не только сайта школы, но и целой ассоциации на ее базе, и японцы уступили. Последствия не заставили себя долго ждать. Получив долгожданный черный пояс, ученик открыл собственную школу, разругался с учителем и… прекрасно себя чувствует, преподавая то, что уже его ученики, не знающие всей этой истории, воспринимают как «традиционное боевое искусство».

Купленные водительские права чреваты аварией с летальным исходом. Профанация боевых искусств, на первый взгляд, не так опасна. Более того, она позволяет многим деятелям вести безбедное существование. Ученики же не всегда догадываются, что в лучшем случае бездарно тратят время. Что говорит человек, когда покупает дорогую машину? Я хорошо умею водить, со мной ничего не случится. Что говорит повязывающий заветный черный пояс? Вот я чего достиг, теперь мне никто не страшен. Первый забывает, что каким бы хорошим водителем он ни был, всегда найдется плохой, который повстречается ему в самом неподходящем месте и в самое неподходящее время. Второй забывает, что пояс нужен для того, чтобы поддерживать кимоно. А в реальной уличной драке им никого не удивишь. Не успеешь.

Интересно, сколько людей, прочитав эту коротенькую статью, трезво оценят то, чем они занимаются в тренировочном зале и… останутся? Надеюсь, что многие. Это будет означать, что они сделали сознательный выбор. 

 Кирилл Шатилов

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

  • Нет сообщений для показа